ВдольКарпатская Экспедиция 2013: Пешком через Украинские Карпаты


Мы измерим дорогу шагами
/Мы/
 

В июле 2013 года мы отправились в необычный поход по Карпатским горам. Фишка всей затеи состояла в следующем - пройти поход продолжительностью в месяц, но без финальной даты и обратных билетов, командой в составе трех человек, что виделись до этого лишь однажды, и естественно - исключительно пешком, без подъездов на транспорте. Маршрут наш пролегал вдоль осевой линии Карпат с северо-запада на юго-восток, и поэтому экспедиция получила название "вдольКарпатская".

Опыт подобных длительных «мандрів» был лишь у меня в путешествии через Украину, на счету у Жени были 19 дней на диких просторах Алтая, Юра участвовал в недельном походе по Кавказу, потому мы все вместе учились нелегкой науке бродяжничества и привыкали к жизни в дороге.

Участники экспедиции - Женя, Юра и Виталина

Этот проект поддержало неожиданно много спонсоров - производители туристической одежды и снаряжения выдали нам для тестирования свою продукцию, оператор мобильной связи обеспечил доступ в Интернет, "Викимедиа Украина" поручила нам сбор фото-материалов для улучшения текстов и иллюстрирования статей Википедии о населенных пунктах Карпатского региона, ко всему прочему мы заручились информационной поддержкой популярного блога, поэтому сразу же ощутили на себе груз ответственности за наше совместное детище.

В наших рюкзаках, помимо стандартного набора вещей, поселились ноутбук, зеркалка и пару цифровых фотоаппаратов, диктофон, и всякие приятные мелочи вроде кубика Рубика, блокнотов для записей и рисунков, а так же насос для раздувания костра и Кортасар в твердом переплете.

Стартовой точкой назначили Турку и оттуда «экспедиция» отчалила на вольные карпатские просторы.

Долина реки Сан

В первые же дни путешествия мы попали в любопытнейшие места. Маршрут пролегал вдоль польской границы.  Чтобы беспрепятственно прогуливаться приграничной территорией, Женя за месяц оформил пропуск для нашей маленькой группы. Мы миновали последние села и углубились в дикие места.
Пересекши Санский хребет, мы оказались на безлюдных просторах долины реки Сан (в украинском произношении  - привычное Сян).

Впереди виднеются уже польские просторы

Еще на спуске блеснув объективом зеркалки, мы выдали свое вторжение пограничникам. Внизу нас встречали. Оказалось, о нашем походе их отряд известили телеграммой за неделю – вот и караулили. Ограничившись формальной проверкой документов, скучающие солдаты рассказывали нам о здешних местах. 

- То стережіться диких звірів, тут ведмедиця з ведмежам ходить, - предупреждали они.

А мы лишь отшучивались:

- Певно, ви тут ведмедів частіше за людей бачите, - и пограничники соглашались, мол, такие, как мы, туристы заходят не чаще одного раза в год.

Пограничники оказались приятными собеседниками, а с одним из них
мы даже успели подружиться

Вдоль пограничной  «колючки» мы шли  три дня, глядя, как буяют на нейтральной полосе травы, и зарастают пустыри на месте выселенных в послевоенное время сел - Дидёва, Тернава, Дзвиняч, Соколики. Подойти к Сану поближе не было никакой возможности, он лишь однажды блеснул нам сквозь зелень леса.

"А на нейтральной полосе цветы - необычайной красоты"

По дороге нам частенько встречались подводы сельчан c копнами сена, ну а тропы - полузаросшие, кроме пограничников там и ходить-то некому. Несмотря на равнинный ландшафт, на этих участках пути нам приходилось трудно – уж очень донимала жара и полчища оводов.

Попасть на нейтральную полосу даже со всеми нашими разрешениями и спонсорскими письмами оказалось невозможным. Попытки прорваться за заграждения, наши звонки в заставу и уговоры оказались тщетными - некоторые объекты так и остались недосягаемыми для «экспедиции». Но кое-что мы все же сумели увидеть. Например, старое кладбище с разрушающимися крестами и арочные каменные мосты.

Часовенка построена на месте демонтированной сельской церкви

В последний день на Сане мы все-таки не удержались, проникли на запретную территорию. Соблазнила нас старинная церковь - она единственная сохранилась там и маячила издалека своим высоким куполом.  Дежуривший там пограничник рассказывал, что при демонтаже купола оборвался трос и убил человека - так ее и оставили, от греха подальше. Теперь внутри, несмотря на царящую разруху, есть даже маленький иконостас.

Прошлись по ничьей земле - и назад, на Родину

Так же не обошлось без сюрпризов - вечером на одной из стоянок мы обнаружили четкие отпечатки медвежьих лап - мамы и малыша. У ручьев часто видели следы кабанов. Эти находки нас здорово впечатлили -  теперь, отойдя от лагеря или углубившись в лес, пугал даже малейший хруст веточки.  Мы в полной мере осознали, кто хозяева этих мест, и что вероятность неожиданной встречи с ними не так уж и мала.

Семейство медведей приходили пить воду из того же родника, что и мы

На 4 день пути мы вышли к ж\д станции Соколики, но, соблюдая условия пешего путешествия, по шпалам побрели к селу Сянки.

 

Верховинский хребет

К своему новому образу жизни мы привыкали даже быстрее, чем предполагали изначально. Важные организационные моменты – распределение обязанностей, распорядок дня - определились сами собой. Серьезные роли, как и полагается, достались мужчинам - планирование маршрута всецело взял на себя Женя, а GPS-навигацией заведовал Юра. Ну а все, что касалось быта, делали вместе, стараясь помогать друг другу. 

Сянки, а далее село Яворово внесли разнообразие в наши экспедиционные будни, мы имели возможность увидеть, как живет местный народ – они называют себя бойки, такая же этническая группа, как и широко известные гуцулы. На улицах встречали невероятно колоритных и веселых людей, которые с удовольствием фотографировались, подшучивая над нами: «то що, ми в телевізор чи газету попадемо?».

В 5 день экспедиции мы начали подъем на хребет.

- 100 метров по вертикали и будем на месте, - подбадривал нас Женя по пути на верх. Первая вершина Дрогобицкий камень (1186 м), первые захватывающие дух виды, кусты черники с редкими ягодами (местное название - «яфына») и неизвестные аппетитные красные ягодки, оказавшиеся брусникой (называемая здесь «кам’яниця»), неутолимое чувство жажды, первая настоящая усталость в ногах от бесконечных, казалось тогда, подъемов.

Там было немноголюдно - мы встретили лишь одну группу туристов, что шли таким же как и мы составом и маршрутом. На склонах местные занимались сенокосом, и мы с большим любопытством рассматривали их, а они нас.  Мы безостановочно щелкали затворами камер, а сельские женщины покатывались со смеху -  «диви, коня фотографуе».

Погода стояла солнечная, мы уже привыкли к весу рюкзаков, которые не спешили легчать ввиду основательного запаса продуктов (мы несли с собой сухофрукты и чечевицу с расчетом на месяц) и порой солидного литража воды для ночевки. 

Первая стоянка на хребте - с видом на небо

Юра шел впереди, ну а мы с Женей имели оправдание отставать под видом фотосъемки пейзажей. Но все же передвигались быстро, и группа растягивалась обычно в пределах видимости. Такой темп сохранялся почти весь период экспедиции.

На наивысшую точку хребта – гору Пикуй (1408 м) - мы отправились по отдельности. Юра решил просто-таки взбежать туда с рюкзаком, мы останавливать его не стали, но сами шли в меру своих сил, и просто наслаждались пасмурным утром. Вершина была взята, мы гнулись от ветра и тумана, но все же радовались как дети. Любопытно, что на Пикуе установлен огромный обелиск (такой разве что на Говерле) – он там в честь первого президента Чехословакии.

"Кто не видел Пикуя, тот не видел... ничего" - тамошняя народная поговорка

Обелиск там не случайно - по хребту раньше проходила граница между Чехословакией и Польшей

Спустившись в долину реки Латорица, можно было уже закончить ходовой день, но мы твердо постановили заночевать именно в Воловце. А потому наметился ударный марш-бросок - транзитом мы проходили небольшими селами – Котельница, Тишев, Нижние и Верхние Ворота. Мелькали маленькие ухоженные дома, а дети приветствовали нас на улицах «хеллоу», с ходу принимая за иностранцев, и пугливо отходили к своим калиткам.

 Уже под вечер, изрядно вымотавшись, мы спустились в Воловец и с комфортом поселились в привокзальной гостинице. Это была наша первая дневка на маршруте после 6 дней в дороге.

 

Полонина Боржава

Отдых пошел нам на пользу – мы хоть как-то залечили растертые ноги после забега Пикуй – Воловец в 28 км, а так же привели в порядок свои вещи и пополнили запасы продуктов. Утром не терпелось уйти в горы - впереди нас ждала Боржава.

Подъем был трудным, но живописным. По обе стороны от тропы стояли старые толстенные буки, а путь иногда преграждали гигантские поваленные стволы. После отметки 1000 метров буковый лес закончился, и открылся вид на светло-зеленые склоны хребта, поросшего яфыной.

Срезая по бездорожью, мы брели сплошным черничным ковром – по ощущениям равносильно ходьбе по снегу – ноги утопают в мягкой подстилке и сильно устают. Снова очутиться на дороге было радостно.

Встречаем закат на вершине Великий Верх - 1598 метров

Боржава оказалась облюбованной туристами. Кого только не встречали по пути – пешеходников,  вело-, мототуристов,  и даже парочку с годовалым ребенком, не говоря уже о десятках «черничников» всех возрастов, занимающихся сбором ягод на полонине. На горе Плай (1323 м) пообщались с работником метеостанции, а на вершине Гемба столкнулись с парапланеристами, приехавшими туда на кубок Карпат – они разместились большим лагерем, и, отдыхая на своих мешках с парапланами, издали напоминали лежбище котиков. Через час мы наблюдали их уже парящими в небе.

Памятник установлен в память о Вячеславе Черноволе - он работал на метеостанции "Плай"

Несмотря на частые и довольно крутые подъемы и спуски, шлось нам очень легко. Путь в основном лежал по безлесым участкам, откуда открывались красивые виды на соседние хребты и населенные пункты в низине.

Так что день наш был очень насыщен яркими эмоциями. Вечером череда приятных встреч продолжилась – около горы Прислип мы познакомились с местными пастухами. Как и свойственно полонинским жителям, они отнеслись к нам с большим радушием. Мы имели уникальную возможность своими глазами увидеть весь процесс создания сыра, заканчивая его дегустацией. Сложно поверить, но три человека сдаивают целое стадо коз и овец за час-полтора, на каждое животное затрачивая максимум минуту. И только успевай подставлять пустые ведра. Молоко сливают в деревянные бочки, особым образом закисляют. А потом варят в огромном котле тот самый традиционный карпатский сыр  - «будз».

Подоить черную овцу последней - значит накликать дождь (полонинская примета)

Само жилище пастухов выглядит очень скромно – кошара имеет три стены, пол устлан «кожухами», на которых все покотом спят, а перед входом и днем, и ночью горит костер, где непрерывно что-то готовится.

Там же у нас появился маленький друг Женя, который очень скептически отнесся к нашим планам подняться завтра на вершину Кук («та ви туди і за тиждень не дійдете, ви знаєте які тут гади водяться? А вовки?»), и экспедиции в целом («до Говерли йдете? Пфф! Та туди ще жодна людина не підіймалася! Один лише чоловік спробував, та впав на скелі і розбився»). Обутый в высокие резиновые сапоги, он сочувственно смотрел на наши легонькие босоножки и кроссовки («то вас змії покусають, он колись лісник вбив гадюку п’ятдесят метрів завдовжки»). Но зато Жека попал в наш лагерь как раз вовремя – на мои именины, и мы все дружно уплетали походный тортик.

Женя все лето проводит в кошаре, помагая выпасать стадо

На третий день было решено «добить» Боржаву и спускаться в долину. По пути мы встречали веселых сборщиков черники, которые показывали нам натруженные черно-синие руки и очень стеснялись своих улыбок, постоянно слышали отзвуки овечьих колокольчиков где-то в буковых зарослях, рассматривали на горизонте наши грядущие хребты и горганские вершины. Уже под вечер мы спустились в село Противень и заночевали  на небольшом шумном  ручейке.

 

ГЕС

На нашем маршруте оказалось любопытное место – Теребле-Рицкая гидроэлектростанция, уникальная тем, что для получения энергии там используют воды двух рек. Мы отправились туда сделать фоторепортаж, и немного разнообразить привычную картину полонинских видов.

Электростанция, как и следовало ожидать, оказалась закрытым объектом, но администрация, изучив наши спонсорские письма, все же любезно устроила для «экспедиции» небольшую экскурсию. Еще издали мы видели огромный водовод, выходящий из горы – оказывается, сквозь хребет прорыт тоннель длиной в три с половиной километра для забора воды из Теребли, и подачи ее на турбины ГЕС, расположенной на реке с незамысловатым названием Рика, причем перепад высот между реками – около 200 метров. На Теребле было создано водохранилище, сдерживаемое огромной дамбой. Мы загорелись желанием подняться туда и окинуть взглядом эти просторы с высоты.

Главный инженер ГЭС проводит нам обзорную экскурсию

К сожалению, тропа увела нас от дамбы в сторону, в самые дебри леса. Этот подъем в списке самых изнуряющих моментов экспедиции уверенно занял первое место - мы долго и упорно карабкались вверх по бездорожью, делая короткие остановки, не снимая рюкзаков. Никакие двухтысячники во главе с Говерлой не идут в сравнение с тем, что мы почувствовали на этом, казалось бы, невысоком хребте. Но за тот тяжкий путь наверх мы были вознаграждены сполна спуском по дороге, обочины которой изобиловали  ежевикой.

Скоро мы увидели внизу нечто потрясающее – пустыня посреди карпатских гор. Настолько нетипичный пейзаж для Карпат сложно и представить. Огромная площадь Ольшанского водохранилища представляла собой потрескавшееся илистое дно, а река с высоты смотрелась узкой серой  лентой.

Ольшанское водохранилище

Мы спустились и имели возможность поразглядывать всякие «артефакты», что копятся там годами – автомобильные шины, пластиковые бутылки, консервные жестянки и сапоги. Там же, среди хлама и сорняков, паслись коровы с ближайших хуторов – а когда-то на месте водохранилища были села.

Река Теребля

В тот же вечер мы дошли по трассе к Колочаве, где с комфортом поселились в стареньком доме у приятной хозяйки, снабжавшей нас «за спасибо»  молоком и творогом. «Экспедиция» устроила себе дневку. В культурную программу, помимо прогулок по рынку, вошел осмотр памятников и музеев села, которых там около трех десятков. Мы остались довольны всем увиденным, полностью соглашаясь с рекламным слоганом - «Колочава - село файне, у туристів популярне!»

Экспонаты музея "Старе село" - дома из окрестных сел

Паровоз в музее узкоколейки

 

Синевир

Колочавой только начался наш экскурсионный период. Далее мы шли пешком интереснейшими селами Негровец, Синевир, Синевирская Поляна, дома и церкви которых вполне могут конкурировать с экспонатами колочавского «Старого села». Черные от времени, теперь они выполняют роль чуланов и сарайчиков рядом с новыми кирпичными домами. По пути нам рассказывали, что какая-то из синевирских хат не так давно «переехала» в музей.  

Путь изобиловал достопримечательностями и другого рода, например, около села Негровец мы осмотрели болото, где произрастает Росянка – любопытное растение-хищник, питающееся насекомыми. Нашим гидом стал пожилой мужчина, живущий по соседству – он даже бросил рубить дрова, чтоб помочь отыскать ее на этом огромном поле.

Плотоядное растение Росянка

Биолог-аматор из села Негровец

Ну а дальше – еще интереснее. Мы неожиданно наткнулись… на бурых медведей. К счастью, они находились в специальном резервате и мирно пощипывали травку, словно коровы на выпасе. Все мишки там имеют имена, оставшиеся им в память о тяжелой прошлой жизни в цирках. Теперь в их распоряжении 12 га огороженного забором леса, но все свое время они проводят на небольшой площадке – там, где их, по видимому, кормят. Выглядят животные бодрыми и веселыми, там они в безопасности, но печален тот факт, что на диких просторах Украинских Карпат медведей осталось всего-то порядка 200 особей, сейчас они под угрозой исчезновения, так что увидеть в горах хотя бы след на тропе – уже большая удача.

Грозный питомец реабилитационного центра для медведей

В этот период наметилось пополнение нашей группы ребятами из Одессы, что на правах гостей решили провести пару дней в суровых экспедиционных условиях и, к тому же, хоть ненадолго порадовать нас гитарой. Еще большой приятной неожиданностью стала встреча с одесским велотуристом Максом Липатовым, что находился в Карпатах в своей соло-экспедиции – он перемещался без конкретных целей и маршрута в поиске позитивных впечатлений и ярких кадров видео. А по пути к Синевиру к нам приблудилась дворняжка, которую одесситы верно окрестили Дворнягой Дхармы. Так потихоньку и собралась наша компания.  Что сказать - «экспедиция» значительно повеселела в те дни.

Синевир – не только самое большое горное озеро в Украине, но и самое известное – увидеть его съезжается множество туристов. В удовольствие всем любителям пофоткаться, на берегу установлены деревянные скульптуры девушки Синь и пастушка Вира, олицетворяющие героев трогательной и печальной легенды о возникновении озера. Это действительно красивейшее место, но все же после нескольких часов пребывания там, наслушавшись шума машин и гомона из кафешек, снова захотелось  в горы.

Прекрасное озеро Синевир

Уже вечером мы пришли в село с таким невероятно воодушевляющим названием – Свобода. Это самое высокогорное село Карпат – 968 м над уровнем моря. Дома там разбросаны по холмам в хаотическом порядке, а заборы вдоль сенокосов описывают какие-то невероятные фигуры – там невозможно жить иначе, нежели свободно и вольно. Мы заночевали рядышком, с видом на последние хаты, и весь вечер нарушали благоговейную тишину этих мест своими разудалыми песнями.

 

Горганы

Так незаметно пошла третья неделя нашей экспедиции, был пятнадцатый день пути, и мы углубились в Горганы.

Начался самый дикий и невероятно атмосферный участок маршрута – хребет Аршица, который не особо жалуют туристы. Мы шли словно маленькие хоббиты через туманный волшебный лес – а вокруг не было ни души. Ноги утопали в ярко-зеленых мхах, в лесу стоял грибной запах, мы переступали огромные трухлявые стволы елей. Встречались непролазные малинники, радовавшие обильным урожаем ягод, а черника, сочная и сладкая, была размером с вишню.

С нами, как и прежде, была наша верная бродячая собака, которой дали кличку  Мать – псина очень напоминала Капитолийскую волчицу, что вскормила легендарных основателей Рима. Несмотря на трудные переходы, она не отставала, никогда не выпрашивала еду, и лишь тяжело дышала на привалах. Казалось, она все понимает, мы поражались ее уму, но более -  преданности, и пугались даже мысли, что будет, если она продолжит следовать за нами до самой Черногоры.

"Дворняга дхармы" собственной персоной

Повсюду там велась вырубка леса, но масштабы этих «залысин»панического ужаса не внушали – нам рассказывали, что на образовавшихся пустырях регулярно высаживают молодняк. Гусеничные тягачи стояли под открытым небом, ожидая рабочего дня -  можно смело присесть в кабину и поиграть в «лесорубов».  Лесовозные дороги разбиты тяжелой техникой, и частенько превращались в русло стремительного ручейка. После нескольких часов строительства переправ и непрерывных поисков бродов терпение обычно заканчивалось - и мы брели по воде.

 

Горганы - край лесорубов

А ведь раньше всего этого не было. Лес рубили вручную, а транспортировали его либо сплавляя по реке, либо же по узкоколейке. Интересно было увидеть старое разрушенное здание станции,  и остатки самой узкоколейки, заросшей кустами и елями внушительных размеров - едва можно разглядеть догнивающие в земле шпалы, да деревянные остатки мостов.

Но самым удивительным местом Аршицы оказалось озеро Росохан - дикое, затерянное высоко в горах. Конечно, в это сухое лето оно значительно обмелело, но красоты своей при этом не потеряло.  На его каменистом дне годами лежат огромные стволы елей, словно мачты затонувших кораблей, а вода прозрачная и очень холодная.

В маленьком селе Осмолода пришло время прощаться с одесскими гостями. Мы снова остались втроем, не считая собаки, и побрели по селу искать себе ночлег. В тот вечер мы в последний раз видели нашу верную дворнягу, что прошла с нами 5 дней – не самых легких, хочу заметить. Хотелось верить, что она нашла себе новых спутников, и отправилась вместе с ними покорять очередные перевалы и вершины.

Отдохнув вечерок в чудесном гестхаусе в Осмолоде, утром следующего дня мы рванули в горы. Стояла отличная погода. Мы намеревались в кратчайшие сроки проскочить Горганы, посетив при этом наивысшую точку этого массива - Сивулю.  Мы так привыкли к быстрому темпу, что оказалось – стали идти с опережением графика. Оттого на вершине Высокая два часа валялись на рюкзаках, делая записи в своих дневниках, и во все глаза разглядывая горизонты.

Ну а следующая гора Игровец накрыла нас просто неописуемым восторгом – на ее плоской каменистой вершине белоснежные облака клубились так низко, что казалось вот-вот коснуться нас.  Мы уже видели Черногорский хребет, а в голубой дымке еле-еле просматривались румынские вершины. Наверное, от переизбытка чувств мы потеряли всякую бдительность… и где-то на спуске остался Женин каремат с памятной надписью: «ВздовжКарпатЭксп», так что кому-то посчастливилось стать счастливым обладателем такого эксклюзива.

Подъем на Игровец

А на утро мы проснулись в сплошной пелене тумана. Планы немного менялись – и Сивули мы проходили траверсом. Нам рассказывали, что этот участок пути довольно дикий, иногда можно и медвежьи следы увидеть. Но в плотной белой завесе мы видели в лучшем случае спину друга. Однако дикость этих мест подтвердилась – у нас из под ног вылетел крупный глухарь. Иногда пелена рассеивалась, на пару минут проступали очертания ближайших вершин, а потом снова все исчезало и была только узкая тропа под ногами среди каменного хаоса.

"Экспедиция" в тумане

В тумане и дожде мы увидели перевал Рогодзы, урочище Пекло, и хребет Тавпиширка. Нашими надежными ориентирами стали пограничные столбики с буквами «PS» -  старая Чехословацко-Польская граница.  В лесу частенько натыкались на поросшие мхом и осыпавшиеся от времени окопы и блиндажи –  эхо Первой мировой войны. Да и пройденный нами перевал Легионов (1110 м) назван так не случайно – в 1914 году польские легионеры проложили там дорогу для военных нужд.  

Ночевки теперь стали очень холодными. Костер не жгли, а пользовались газовой горелкой, что иногда значительно облегчало нам жизнь. А после ужина сразу же забирались в палатку и кутались в спальники. В пути согревал тяжелый рюкзак, но на привалах мы успевали порядком закоченеть. Этот холод и серость странным образом определяли настроение – все чаще мы были грустными и задумчивыми.  Невероятно радовала лишь чашка горячего чая на обед.

Одна за одной мы прошли вершины Пантир (1225 м) - обнаружили там значительно отличающийся от остальных столбик с номером «1» и гербами двух стран; Дурня (1705 м) – из непроглядного тумана к нам неожиданно вышли пугливые и осторожные  лошади, и тут же снова скрылись за плотной белой завесой, словно за кулисами; Гропа (1759)–  за 20 минут обеденного привала мы окоченели так, что не чувствовали ни рук, ни ног и едва могли шевелить пальцами; Братковская (1788 м) – мы добрели туда окончательно замерзшими, но счастливыми, что несмотря на непогоду мы все же сумели пройти запланированный маршрут, а это более 20 км.

В тот день нам оставалось лишь спуститься к перевалу Околе. Сбросили 200 метров  и – о чудо! – исчез туман, стих ветер, и мгновенно потеплело. Спускаясь с хребта, не преминули заглянуть и на исток реки Черная Тиса – к сожалению, он оказался пересохшим, как и множество других карпатских источников.

На табличках - оды и восхваление Тисы всеми пятью странами, где она протекает

Здесь уже можно было прощаться с Горганами -  холодными, хмурыми, с их тропинками сквозь жереп и ярко-зелеными осыпями, и настраиваться на массив Свидовец с его ледниковыми озерами, которые Женя красочно обрисовывал для нас с Юрой.  

 

Свидовец

Шла вторая половина августа. Все чаще в голове проскакивали мысли о доме, и мы стали подумывать об обратных билетах. Собирались заняться этим вопросом по прибытию в Рахов, а пока в ближайших планах было за пару дней пройти Свидовец.  Тем более, погода стала налаживаться, значительно потеплело – и мы снова вспомнили, как это взмокнуть от пота, а не от дождя.

«Озерный» день выдался интересным и легким. К тому времени мы уже так втянулись в походный ритм, что шли, не ощущая усталости – эмоции от всего увиденного перекрывали сполна какие-то физические трудности пути. Ну а на боль в ногах никто не обращал внимания, она всегда проходила к утру.

Каждое из долгожданных озер, кроме общего восторга и восхищения, вызвали какие-то свои чувства и ощущения.

К озеру Апшинец мы пришли в первой половине дня. Усевшись на берегу, долго смотрели на отражение гор в воде, и было так тихо и спокойно, что можно смело назвать это озеро созерцательным. Картину дополняла палатка на противоположном берегу, и тонкая струйка дыма от туристского костра. А на склоне над нами паслось стадо овец, приятно позвякивая колокольчиками.

Догяска – второе наше озеро – вызвало исключительно радостные эмоции. Там нас ожидали неожиданные и приятные встречи. Сначала – с туристом со Львова, который сразу же узнал в нас «экспедицию», а потом – с Максом Липатовым, который в своем импровизированном трипе решил заехать именно сюда, и именно в это время. Больше подобных совпадений с нами не случалось.

С велопутешественником Максом

Третье озеро на нашем маршруте – Ворожеска -  мы выбрали местом ночевки, и не ошиблись – оно подарило нам ощущение дома. Это была невероятно уютная стоянка, в окрестностях бродили «музыкальные» коровы с колокольчиками, было вдоволь черники и брусники. И, несмотря на холодную ночь на высоте 1460 м, озеро все же заманило искупаться в своих теплых водах.

На следующее утро мы вышли из лагеря с намереньем ночевать не иначе как в гостинице в Рахове. Но «экспедицию» еще на старте накрыла волна неурядиц – у Юры сильно разболелось колено, а подъем на Близницу (1883 м) только усугубил состояние.  Да к тому же мы ошиблись в планировании километража дневного перехода, и в середине дня стало ясно, что наши грандиозные планы неосуществимы. При таком раскладе единственным разумным вариантом было спуститься в Квасы и оттуда уехать на дневку в Рахов, где Юра смог бы отдохнуть и подлечить колено, а потом уже из Квасов штурмовать Черногорский хребет.

Белые точки на склоне - пасущееся там стадо овец

 Все так и вышло, за исключением того неприятного факта, что Юра так и не поправился, а принял решение возвращаться домой в Одессу. Это был в некотором роде переломный момент для «экспедиции». Далее мы продолжили путь уже вдвоем с Женей.

Дневку мы по традиции потратили на закупку продуктов и культурный отдых. Досуг в Рахове выдумывать не пришлось -  вечером мне посчастливилось попасть на концерт в городском парке. Это было настоящее гуцульское народное гуляние -  одетые в вышиванки горожане приходили туда целыми семьями, хором подпевали выступавшим звездам (казалось, лишь я из всей огромной толпы не знаю, кто такой «Дзідзьо»). В двенадцать ночи городок еще шумел, гремели фейерверки, работали магазины, светилась украшенная гирляндами центральная улица. Находясь там, среди праздничных людей, громкой музыки и огней, с трудом верилось, что завтра придется одеть на плечи тяжелый рюкзак и подыматься весь день исключительно вверх.

Черногорский хребет

Но праздник закончился, и мы снова оказались в Квасах. После того, как нас покинул Юра, рюкзаки значительно потяжелели – ведь теперь все вещи мы делили на двоих. Впереди угрожающе возвышалась Черногора.

Подъем давался сложно, никогда «экспедиция» не была так близка к провалу, как в тот день – стали закрадываться мысли, что на двухтысячники у меня просто не хватит сил. Но уже на следующий день мы с такими же тяжелыми рюкзаками шутя поднялись на Петрос и Говерлу, совершенно не чувствуя при этом усталости. Настроение было отличным. Конечно, сыграл тот факт, что мы подымались на самую высокую точку Украины, и нас переполняло чувство значимости этого события.

Первый покорившийся нам двухтысячник - Петрос

С видом на Говерлу

На 2061 м над уровнем моря мы устроились на обеденный привал. Погода стояла ясная и виды открывались потрясающие. А вершина походила на огромный муравейник – ежесекундно кто-то фотографировался, звонил домой, залезал на все имеющиеся возвышения, вязал платочек «на желание».  Мы, конечно же, делали все то же самое.

Заночевали мы на популярной стоянке на озере Неистовое, где меж множества палаток прогуливались добрые лошади и выпрашивали у людей печеньки. Бытует легенда, что искупавшись в озере, можно накликать ужасную непогоду. Мы решили внять предостережениям гуцулов, и весь вечер только то и делали, что наблюдали, как купаются другие.

Очертания озера отдаленно напоминают карту Украины


Так закончился 25 день экспедиции, знаменательный тем, что мы впервые в жизни побывали на Говерле.

На следующий день нам покорились и оставшиеся двухтысячники, но самым заманчивым из них, конечно же, был Поп Иван с обсерваторией на вершине. Издалека он смотрелся как туманный древний замок, или же как шахматная ладья, оставленная там случайно каким-то великаном. Это второе по популярности место на Черногоре после Говерлы, и на подъеме мы примкнули к нескончаемой веренице туристов всех возрастов и национальностей.

Пока мы осматривали заброшенное строение, над хребтом сгустились тучи. Говерла сделалась черной, а затем в один момент скрылась за пеленой. Мы удирали от непогоды в сторону румынской границы – сначала резкий спуск по каменистой тропе, потом зарослями жерепа и дальше – приятной, словно парковая аллея, лесной дорогой. И все же дождь нас догнал, и недвусмысленно подсказал поселиться на ферме, где вперемешку паслись коровы и свиньи, и мы имели возможность пополнить запасы провизии вкусным домашним сыром. Ночь напролет бушевала гроза, но наша палатка не подвела.

Имея на руках билеты домой, мы уже не успевали вдоволь прогуляться Мармарошским хребтом, но на румынскую границу все же заскочили - опять же, загодя заказав себе пропуска. С горы Стог мы окинули взглядом заманчивую «заграницу», сфотографировались с пограничными столбиками и отправились в долину реки Черный Черемош, которую так живописно описывал Коцюбинский в своих «Тенях забытых предков».

На границе с Румынией

 

Буковина

Близился финиш. Нам оставалось всего три-четыре ходовых дня. Казалось, что еще может нас удивить после того, что мы пережили, увидели за почти месяц пути. Но мы были поражены Буковинскими просторами - после грандиозных и будоражащих высокогорных пейзажей наши глаза отдыхали на этих спокойных видах. Погода стала ухудшаться, последний раз солнышко блеснуло нам на Стоге, а далее мы ушли в сплошные туманы и пасмурность вплоть до самого финала. Но это никак не повлияло на наше настроение,  и лишь  забавляло, когда мы вынуждены были ночевать на какой-нибудь убогой обочине, спасаясь от внезапного ливня.

Мы шли небольшими селами, уступая дорогу груженым лесовозам, и по какой бы улице не проходили – везде пахло свежим деревом и лежали горы досок и опилок. Нам некуда было спешить и теперь мы подольше задерживались у церквей, или могли без зазрения совести сидеть на пригорке и рассматривать соседние холмы с одинокими избушками – словно из сказки.  Сердобольные сельчане все норовили усадить нас в автобус до ближайшего населенного пункта, да и вообще плохо понимали, кто мы такие и что ищем в их краях – там редко появляются туристы.

Нам все время везло на стоянки в населенных пунктах – иной альтернативы просто не было. Мы обычно выбирали место около ручья или реки, и по вечерам с тоской смотрели на огоньки окон ближайших хат – скоро и мы будем дома.

По утрам было холодно, и уже по-осеннему пасмурно – мы лишь одевались потеплее, а для поднятия настроения  увеличивали норму шоколада. Но нас по прежнему тянуло в места дикие, и потому мы решили подняться на Гринявский хребет, что лежит меж двух рек – Черного и Белого Черемоша.

Это был край лесорубов, и, попав туда, невольно вспомнился Кен Кизи и его отчаянные герои. Разбитые лесовозами дороги с огромными канавами-рытвинами, грязью и лужами, и непременным ручьем, что проложил свое русло в колее – это нормальное положение вещей. На фоне суровых работников леса, что стояли в резиновых сапожищах, желтых дождевиках, с тяжёлыми топорами в руках, мы выглядели просто смешно, а наши 15-тикиллограмовые рюкзаки - игрушечными.

А там шла серьезная и трудная работа - гусеничный тягач спускал стволы деревьев на тросе вниз, и массивные бревна он тащил, как соломинки, не замечая на своем пути ни завалов, ни ям. Потом с помощью механической руки загружали лесовозы – старые потрепанные КАМАЗы, ловко забрасывая бревна в прицеп. И со всем этим  справлялось человек пять, не больше.

А на Черемоше и его притоках мы встречали остатки деревянных дамб, которые еще не так давно использовали для сплава леса. Бревна связывали в плоты - бокоры, и , открывая плотину, на большой воде сплавляли их до самых Черновцов. Управлять таким "караванчиком" приходилось вручную с помощью весел - эта трудная и опасная профессия на Гуцульщине называлась бокораш.

Разрушенная дамба на Черемоше


В День независимости мы переправились через Белый Чремош и оказались в Черновицкой области, на Гуцульской Буковине. Здесь мы шли селами-хуторами. Мы редко слышали там звуки транспорта, да и сами дороги представляли собой сплошную полосу препятствий – открывать и закрывать бревенчатые засовы заборов приходилось почти-что каждые сто метров. Пасущиеся на свободе лошади пугались нашего вида, а коровы лишь в недоумении пялили глаза – верхами в этих хуторах мало кто ходит, ведь это совершенно не туристические места. Никаких празднеств в честь независимости мы не увидели, но встретили натруженных людей, что возвращались домой с сенокоса – работа там приоритетнее национальных праздников, а для отдыха есть воскресенье.

Подымаясь вверх, чувствуя привычную боль в ногах и тяжесть за спиной, мы прекрасно осознавали, что это наши последние вершины, и уже на следующий день будем в Верховине – столице Гуцульщины и на нашем условном финише. И весь день, как на подбор, мы попадали в красивейшие места – это были села Самакова, Большой Липовец, Плита. Мы делали там долгие привалы, молча сидели на рюкзаках, смотрели вдаль на голубые складки гор, и мысленно прощались с этим удивительным карпатским краем.

Мы закончили свое путешествие на 31 день, пробыв в пути ровно месяц – с точностью, как в аптеке. За это время мы прошли пешком 515 км и посетили 43 населенных пункта. Было сделано множество фотографий, и некоторые из них теперь дополняют статьи Википедии.

Шутя сокрушались – как же теперь будем просыпаться без привычных звуков колокольчиков. А без черники на завтрак? Скучать по горам мы начали еще даже не уехав из Верховины.  Конечно же, обещали себе непременно вернуться в Карпаты, в какие-то особенные места, подмеченные по ходу.


И не ошиблись, предполагая, что Карпаты еще долго будут сниться по ночам.

Женя

Юра

Виталина

Теги: 







Комментарии